Лукашенко положил глаз на жилье стариков

О необходимости создания системы защиты и поддержки пожилых людей президент Александр Лукашенко заявил, посещая городской дом-интернат для ветеранов войны и труда «Світанак» в поселке Тресковщина Минского района.

«Мы эту систему уже нащупали, зачем растягивать на пять лет, нужно определиться в течение трех лет», — цитирует главу государства БЕЛТА.

Фактически речь идет о том, чтобы проверить, не получила ли в стране распространение практика, когда старики живут в интернатах, а их квартиры находятся в распоряжении третьих лиц: «К примеру, мы говорим о ренте. Есть старики, которых никто не смотрит, вне зависимости от наличия детей. Есть дети, нет детей — их никто не смотрит. Наша задача — этих стариков обеспечить. Ведь человек должен провести свою старость как положено. Надо, чтобы старики жили в нормальных условиях. У некоторых есть дети, но старики уходят к нам, мы их берем на обслуживание. У некоторых осталась собственность, в основном квартиры. К примеру, человек отдает квартиру детям или кому-то другому, если нет детей. Мы должны забирать стариков, с их согласия забираем собственность и передаем в распоряжение государства».

Министр труда и социальной защиты Марианна Щеткина считает, что забота о стариках должна оставаться в руках государства. По ее словам, если, к примеру, сделка по отчуждению собственности произведена в течение трех лет, то речь может идти только о платном содержании пожилых людей. Она также предложила увеличить этот срок до пяти лет как минимум.

Лукашенко допускает, что можно увеличить и до десяти лет. Важно узнать, говорит он, есть ли у нас такие люди, у которых отобрали жилье: «Если человеку нормально объяснить, он, конечно же, государству отдаст квартиру, и, безусловно, должна быть государственная забота о пожилых людях. Никакие частники эту проблему не решат так, как решит ее государство».

При этом президент предлагает провести соответствующую ревизию, чтобы исключить ситуации, когда старики находятся в домах-интернатах, а свою квартиру кому-то отдали. Он имеет в виду не только нерадивых родственников, но и мошенников «Этих черных риелторов надо отправить куда следует, на гособеспечение, только с другими формами содержания».

Как государство может забрать квартиру взамен содержания в интернате?

Договор ренты можно было заключать только в Минске с июня 2011 года, когда вступило в силу постановление Совета министров № 738 «О проведении эксперимента по внедрению новых форм социального обслуживания и предоставлению социальных услуг» в 2011-2015 годах. В настоящее время договора ренты не заключаются, так как вышеупомянутый документ уже не действует, а разработанный на последующий период все еще находится на утверждении в Совете министров.

Суть договора в том, получатель ренты передает принадлежащее ему жилое помещение в собственность Минска, а плательщик ренты (Мингорисполком) обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением.

Договор ренты заключается с минчанами, достигшими 70-летнего возраста, не имеющими в столице родственников, обязанных по закону их содержать.

Человек может остаться жить дома и получать при этом бесплатное социальное обслуживание (пять раз в неделю не более двух часов в день). Рентная выплата составляет три базовые величины (630 тысяч рублей). Платить коммунальные услуги будет государство, проводить текущий ремонт (раз в пять лет) тоже.

Второй вариант — содержание в госучреждении «Свiтанак» (отдельная комната, четырехразовое питание, медобслуживание). Пенсия сохраняется, рента выплачивается в размере одной-трех базовых величин (в зависимости от числа комнат в отданной государству квартире).

С 2011 года по октябрь 2015 в Минске было заключено 19 договоров пожизненного содержания с иждивением (рентой). При этом в декабре 2014 года таких договоров было 15.

Очевидно, что государству старики не очень доверяют и отдавать свои квартиры взамен соцобслуживания не спешат. Ведь в столице живет порядка двух тысяч человек старше 70 лет, которые имеют в собственности жилье и могут заключить договор ренты.

Любопытно, что на стадии рассмотрения постановления в декабре 2010 года председатель Мингорисполкома Николай Ладутько докладывал  главе государства, что в Минске по вопросу рентных отношений были опрошены около 4 тысяч одиноких граждан и около 700 из них заявили, что согласились бы на такие услуги. Практика, как видим, оказалась не столь радужной для государства.

В Центральном районе Минска заключены три договора ренты, в том числе с семейной парой (обоим за 90 лет, слабослышащие). Супруги обратились за разъяснениями в мае, а договор заключили в декабре.

Специалист центра социального обслуживания поясняет: «Это длительная процедура, так как включает обследование жилья, переписку с госорганами, рассмотрение вопроса с пристальным вниманием к каждой детали. Сам процесс сбора, проверки документов очень скрупулезен — каждая запятая должна быть выверена».

При этом чиновники не имеют права стимулировать пожилых людей к оформлению договора ренты: «Пожилые люди долго обдумывают вопрос. Большинство из тех, кто вроде бы хотел оформить договор, говорят, что, пока могут обходиться без помощи, будут это делать. И еще общая тенденция — люди хотят жить дома, где и стены помогают. Мы это понимаем. Правда, есть те, кто очень любит общение, а живет один. Вот такие старики и переезжают в дома-интернаты».  По данным Минтруда, из общего количества заключивших договора ренты девять человек остались жить в своих квартирах, а десять поселились в «Свiтанке».

Актуализация темы на высшем уровне власти связана, скорее всего, с тем, что государству все дороже содержать стариков в интернатах. И квартира, отданная государству, хоть как-то смягчила бы бремя трат. При этом в Беларуси в интернаты бесплатно не помещают. За содержание платят либо родственники, либо в случае, если человек одинок, на эти нужды тратится пенсия (удерживается 75-90% пенсии).

Стоимость проживания в интернате — 130-250 долларов в рублевом эквиваленте в зависимости от условий проживания и инфраструктуры интерната. Если трудовая пенсия (около 3 млн. руб.) покрывает большую часть расходов, то пенсия по инвалидности чаще всего нет (1,5-2,5 млн. рублей в зависимости от наличия трудового стажа).

В случае помещения в психоневрологический интернат родственники, согласно законодательству, не должны платить за содержание постояльца. Однако пенсия возвращается в бюджет — за исключением 10%, которые остаются на счету инвалида. Администрация интерната тратит эти деньги на его нужды.

В правительственных кругах уже ведутся разговоры о том, что и пребывание в доме-интернате психоневрологического профиля не должно быть бесплатным. Марианна Щеткина в начале 2015 года говорила: «Бывает, родственники инициируют лишение дееспособности, поскольку не хотят осуществлять уход. Когда люди с психоневрологическими заболеваниями действительно опасны для окружающих — это беда для семьи, таких больных надо изолировать. Но есть случаи, когда оформляют опекунство, становятся распорядителями имущества, продают его (в том числе жилье), а потом обращаются с заявлением о поселении в дом-интернат на гособеспечение».

Министр тогда предложила, чтобы ввести плату (пусть даже символическую), которая могла бы стать «тормозом при принятии решений». Пока плата не введена, но, видимо, это решение не за горами.

Навiны

Лукашенко снова заговорил о ренте для пожилых людей. «Салідарнасць» вспоминает о немецком опыте и предлагает небольшой обзор реакции Байнета.

Александр Лукашенко потребовал в течение трех лет окончательно создать систему защиты и поддержки пожилых людей. Об этом он заявил во вторник, посещая городской дом-интерната для ветеранов войны и труда «Світанак» под Минском:

— Мы эту систему уже нащупали, зачем растягивать на пять лет, нужно определиться в течение трех лет.

Он напомнил об одном из вариантов опеки государства над пожилыми людьми, когда те передают в распоряжение государства свою недвижимость в обмен на пожизненный пансион.

— Если человеку нормально объяснить, он, конечно же, государству отдаст квартиру, и, безусловно, должна быть государственная забота о пожилых людях. Никакие частники эту проблему не решат так, как решит ее государство, — заявил Лукашенко.

По его мнению, общественные или религиозные организации могут только помочь, «но забота о пожилых людях — это в основном государственная задача».

Впервые о пожизненном гособслуживании в обмен на недвижимость власти заговорили в конце 2010 года. Посещая все тот же «Світанак», Лукашенко выслушал доклад тогдашнего председателя Мингорисполкома Николая Ладутько. Чиновник рассказал о двух вариантах рентных услуг.

В первом случае пожилой одинокий человек получал возможность заключить договор с социальным органом, в соответствии с которым его квартира переходила в коммунальную собственность. За это он получал бы право пожизненного обслуживания и выплату небольшой ренты. После смерти владельца квартира будет продана либо передана кому-либо в соответствии с действующим законодательством.

Первый вариант глава государства одобрил со словами: «Надо, чтобы это было внедрено немедленно». Добавив, что «надо предусмотреть, чтобы эта квартира только продавалась и никому не выделялась».

Второй вид рентных услуг предусматривал переход квартиры по договору в распоряжение коммунального юридического лица и сдачу в аренду после необходимого ремонта. Ее владелец должен был размещаться в государственном социальном учреждении, получать пожизненно определенную рентную плату и полный комплекс услуг. После его смерти такая квартира должна была переходить в коммунальную собственность.

Как видим, несмотря на то, что идея такой ренты главе государства понравилась, «немедленно внедрить» ее не получилось и спустя пять лет. А теперь она и вовсе получила трехлетнюю отсрочку.

Пример Германии красноречиво свидетельствует о том, стоит ли бояться того, справятся ли с опекой над пожилыми частные организации. В этой стране эту функцию государство делегировало именно частным и общественным организациям.

Тот же Красный крест содержит дома круглосуточного проживания и ухода за пожилыми людьми, где для них есть все необходимое: от медицинского обслуживания до организации торжеств и праздников.

В восточном Берлине работают дома для пожилых, которые содержит созданная во времена ГДР «Народная солидарность». Здесь можно проживать в арендных квартирах или приезжать на дневные процедуры и занятия в группах.

Клиенты подобных учреждений вольны выбирать форму оплаты услуг, передачи имущества государству или частной организации для этого от них не требуется.

Важный момент. Обслуживанием пожилых людей в немецких пансионах в большинстве случаев занимаются волонтеры, получающие в качестве вознаграждения символические зарплаты. Волонтерское движение в Германии пользуется высоким авторитетом и играет важную роль в социальной сфере страны.

Суммируя немецкий опыт, можно отметить, что в этой стране государство целенаправленно делегирует многие социальные функции общественным организациям, которые широко используют волонтерский труд. Все это позволяет экономить государственные ресурсы, не теряя на качестве услуг.

Тема сразу же начала бурно обсуждаться на открытых дискуссионных площадках в сети. Предлагаем избранное из комментариев на форуме talks.by .